3.2.02.02
Понятие достоверности явления того или иного вида предмета нашего опыта или самого «образа» нашего его видения мы будем здесь для себя определять, быть может, в самом простом для нашего его понимания смысле:

Как некоторого рода принцип соответствия (в двух возможных его значениях: λόγος и ἀνά-λογος)1 определённого способа данности видимого нам предмета той самой имеющейся у нас в его отношении форме знания, которой мы на данный момент (и, прежде всего прочего, на момент первой с ним встречи: нашего первоначального «знакомства» и первичного «узнавания», γνῷ, γνωρίζω, γιγνώσκω) – обладаем или которую приобретаем, для себя открываем или получаем, выводим или производим, индуцируем или продуцируем (по Платону: «вспоминаем» или «примысливаем», ἀνεμνήσθη и ἐννοήσῃ, см. Федон, 73с [➥3.2.02.07]).

 

***

Сразу же надо отметить, что мы в рамках «третьего тезиса» нашего исследования феномена сна пока только вправе говорить об одном лишь этом – именно таким своим образом нами определяемом понятии достоверности нашего опыта бытия и всех производимых в его отношении видов деятельности сознания.

Но никак не можем на основе данного определения что-либо положительное или нечто пред-положительное (в обоих значениях этого слова: πρό-θεσις и ὑπό-θεσις) утверждать об «актуально» существующих и «активно» воспроизводящихся в бытии нашей жизни формах действительности рассматриваемых нами здесь феноменов бытия и жизни сознания – и уж тем более о самой их реальности как таковой (по своему определению, выходящей за пределы всяких наших её определений).

Чтобы определённым своим образом видимый нами вид сущего или данная нам форма нашего о нём знания могли бы быть не только в той или иной своей мере достоверным опытом, но и также ещё были бы способны стать для нас опытом в собственном смысле этого слова настоящим (в двух возможных здесь значениях греческого языка: ὄντως и παρ-όντος [➥3.2.01.11,прим.8]) и в полной мере действительным (в обоих значениях этого аристотелевского понятия: ἐνέργεια и ἐντελεχείᾳ) – для всего этого совершенно недостаточно, чтобы этот самый опыт мог бы «просто так», как это обычно бывает и «само по себе», своим естественным путём происходит – с нами случиться и произойти.

А, в свою очередь, но уже только с нашей стороны (со стороны производимых видов деятельности нашего «сознания») – было бы совсем недостаточной мерой, чтобы мы подобного рода опыт могли бы в таком его «уже случившемся» и «всегда готовом» для нас виде – просто принять и получить.

Тем или иным своим образом – неизменно его «в себе» иметь или же безраздельно «для себя» им обладать.

(В том числе и помимо всего прочего, «безраздельным» для себя образом им обладать – не разделяя и не отделяя в данной форме опыта одно от другого как «первое» от «второго»: исходно-первичное от производно-вторичного, простое и неделимое от сложного и составного, единое и единственное от общего и многого, подлинное и настоящее от неподлинного и поддельного).

Для того, чтобы таким «естественным путём» случившийся с нами и в уже «готовом виде» полученный нами опыт мог стать по-настоящему действительным для нас опытом нашего бытия и собственной жизни, мы должны быть способны его сами же «собой», определённым способом «своего» действия (образом действия своего же собственного: воспоминания или запоминания, воображения, изображения, выражения, описания, объяснения и т.д.) – вос-произвести и ис-полнить.

То есть совершить по отношению к нему такой вид своей над ним работы (ἔργον) и совершенно особого рода деятельности (ἐν-έργεια), которая есть, в первую очередь и главным образом, работа нашего со-знания и деятельность по своему собственному познанию и пониманию, выражению и изображению, истолкованию и осмыслению – в целом более или менее полному для себя о-сознанию данного опыта.

И одной из первоначальных форм произведения подобного рода действия нашего сознания в отношении существа видимого нам предмета опыта или каким-либо ещё образом нами «созерцаемого» вида сущего (существа или вещи) будет являться: основанная на выполнении принципа раннего тождества бытия «видящего и видимого» (дающего нам форму «прямого знания» или видения «посредством бытия», см. эпиграф) – или ещё более раннего, имеющего место быть до появления на свет всего «видимого», происходящего по ту сторону явлений сна и яви, тождества бытия «видящего» и самого его «видения» [см.➥3.2.03.17], – форма первичного узнавания данного вида сущего «в лицо»; опознавания его по своему виду или собственному существу – как собственно существа «его самого» или (что по данному принципу тождества бытия и производимой им формы отношения одного к другому как «самого» к «себе» – суть «одно и то же») как существа «самого себя» [ср.➥3.2.03.05,прим.20].

Именно такого рода лежащий в основе бытия всех происходящих с нами и производимых нами форм опыта (прежде всего, опыта нашего видения и знания) принцип раннего тождества «видимого» и самого его «видящего» или ещё более раннего, скрывающегося за пределами явлений «сна» и «яви», суть стоящего за границей любого рода различия между ними, тождества «видящего» и его собственного «видения» – мы собственно и будем теперь полагать в качестве исходного начала («первоначала») и в целом исконного логического основания («первопринципа») раскрываемого нами на страницах этого исследования феномена достоверности явления сна и образа нашего его видения в бытии своей жизни и деятельности сознания.

  1. Дабы не терять в представленном определении достоверности его связи с собственно логическим основанием и, в целом, онто-логическим началом бытия всех рассматриваемых нами здесь феноменов жизни и деятельности сознания (ο λόγος), позволим себе именно таким образом «переводить» (а значит вместе с тем именно так его и «толковать», для себя мыслить и понимать) с греческого языка на русский и, если угодно, обратно с русского на греческий применяемое нами в данном определении понятие соответствия – равным образом, но совсем не в одинаковой своей «логической» мере, в этих двух его значениях: λόγος и ἀνά-λογος – как в самом широком смысле нашего понимания существа древнегреческого логоса, так и в более узком значении аналогии (ἀναλογία: соответствие, соразмерность, мат. пропорция).